Итальянский средний танк Carro Armato M13/40.

Первый прототип, представлен на испытания в октябре 1939 года.
Ходовая часть сохранилась от M11/39 с минимальными доработками. Применительно на один борт она состояла из 8 сдвоенных опорных катков, сблокированных в тележки по два. 1-2 и 3-4 тележки подвешивались на единой полуэллиптической листовой рессоре. Остальные элементы ходовой части включали по три поддерживающих ролика на борт, ведущие колеса переднего расположения и направляющие колёса заднего расположения. На крыше моторного отсека располагались два запасных опорных катка.
Компоновка корпуса, с передним расположением трансмиссии, также осталась прежней, однако его форма изменилась. Подбашенная коробка теперь стала заметно больше за счет удлинения её передней части. Пушку, ранее установленную в бортовом спонсоне, демонтировали, заменив её на спарку 8-мм пулеметов Breda mod.38. Эта установка имела углы горизонтального наведения от 30° влево до 15° вправо.
Бронирование танка несколько усилили. Если лобовой лист корпуса сохранил 30-мм толщину, то лоб башни был защищен 42-мм бронированием, а борта имели толщину 25 мм, вместо 15 мм у M11/39.
Одноместная башня также была заменена на новую, двухместную, цилиндрической формы со скошенными уголками в лобовой части, как у немецких танков. В кормовой нише имелась пистолетная амбразура. Основное вооружение состояло из 47-мм пушки с длиной ствола 32 калибра (Cannone da 47/32) установленного в открытой амбразуре башенного лобового листа вместе со спаренным 8-мм пулеметом. Углы наведения орудия колебались в пределах от -10° до +20°. Данная артсистема позволяла поражать танки аналогичного класса – при начальной скорости бронебойного снаряда порядка 620 м/с он мог пробить вертикально установленный лист брони толщиной 45 мм на дистанции до 500 метров. Стрельба также могла вестись осколочными гранатами и фугасными снарядами.
Также была предусмотрена установка 8-мм зенитного пулемета, но он имелся далеко не на всех серийных танках. Помимо это по бортам башни, в бортах надстройки и в её кормовом бронелисте имелось в общей сложности 6 амбразур для стрельбы из пистолета.
Поворот башни осуществлялся через гидравлический привод. Орудие имело педальный и ручной спуск. Наблюдение за окружающей обстановкой и прицеливание производилось при помощи двух перископических наблюдательных приборов на крыше башни и телескопического прицела. Боекомплект к пушке увеличился до 104 выстрелов (70 в корпусе и 34 в башне), к пулеметам – до 2832 патронов.
Моторное отделение осталось без изменений. В нём устанавливался 8-цилиндровый дизельный двигатель SPA 8T мощностью 125 л.с., с двумя бензобаками общей ёмкостью 180 литров (145 основной и 35 резервный), системой охлаждения и системой смазки. Запуск двигателя производился от электростартера или вручную.
Проведенные доработки позволили не только улучшить работу танкистов, но и оставить место под радиостанцию RC1CA и четвертого члена экипажа – радиста. По другим данным, экипаж танка состоял из командира-наводчика и заряжающего, которые находились в башне, а также пулеметчика и механика-водителя, места которых располагались в передней части корпуса.
Испытания и доводка прототипов нового танка продолжалась вплоть до марта 1940 года, когда Commando Supremo (CS) издало приказ о принятии его на вооружение под обозначением Carro Armato M13/40 (боевой танк, 13-тонный, образца 1940 года). По сути, итальянская армия получала танк по многим параметрам аналогичный немецкому Pz.Kpfw.III или советскому Т-50, что было заметным шагом вперед по сравнению с М11/39.
Надеясь на лучшие боевые качества M13/40 командование итальянскими бронесилами (Regia Esercito - RE) выдало заказ сразу на 538 машин, который впоследствии был увеличен до 700. Темп выпуска вначале должен был составлять 22 танка в месяц, но эту цифру быстро увеличили до 60, а затем до 70 машин к концу 1940 года. Серийные танки отличались от прототипа лишь отсутствием пистолетных амбразур в кормовом листе корпуса.
 По материалам: www.aviarmor.net

Итальянский средний танк Carro Armato М11/39.

Ещё да начала Гражданской войны в Испании наиболее прогрессивные итальянские конструкторы и офицеры вполне справедливо считали, что одними танкетками CV33 \ CV35 много не навоюешь. 9-тонный танк, который, впрочем, не получил поддержки у военных. К данному вопросу вернулись в 1933 году, когда было выдано техническое задание на разработку «танка прорыва» (по-итальянски - Карро Rottura Вт). Взяв за основу "9-тонный" проект фирма Ansaldo приступила к его доработке, выпустив в 1935 году образец новый опытный. После его детальной оценки был сделан вывод, что танк нуждается в значительной модернизации. Заказчик пожелал, чтобы "танк прорыва" имел массу 11 тонн и был оснащен пушкой в ​​корпусе и пулеметами во вращающейся башне.Силовая установка размещалась в кормовой части и состояла из 8-8-цилиндрового дизельного двигателя SPA 125 телевизору мощностью л.с. при 1800 об \ мин. Радиатор располагался над двигателем, ближе к кормовому бронелисту. Здесь же размещался основной топливный бак на145 литров и резервный 35-литровый бак. Для доступа в моторный отсек в крыше были сделаны два прямоугольных люка. Трансмиссия включала однодисковый главный фрикцион, пятискоростную коробку передач и блокируемый дифференциал.Бронирование итальянского танка больше соответствовало тому же LT vz.35 или советскому Т-26, с незначительными отличиями. Лобовая часть корпуса и башня была защищена 30-мм бронёй, борта корпуса - 15 мм, крыша и днище - 7 мм.Экипаж включал 3-х человек: командира (башенного стрелка), механика-водителя и артиллериста.Столь необычные конструктивные решения, по большей части, были прихотью Commando Supremo (верховного командования Италии). Высшие руководители итальянской армии всерьёз полагали, что "танку прорыва" будет достаточно пулеметного вооружения, а пушка ему нужна только для "отстрела" легкой бронетехники и полевых укреплений исключительно в передней полусфере. Вот и получился симбиоз из британского "виккерса" и американского среднего танка М3 (который появился тремя годами позже).В начале 1940 года, в связи с подготовкой к наступлению на Африканском фронте, итальянское командование перебросило в Ливию 72 танка и ещё несколько машин отправили в Эритрею. Первые бои с британскими танками аналогичного класса сразу же выявили массу недостатков конструкции М11/39. Хотя в наступлении у Сиди-Баррани итальянские "танки поддержки» использовались вполне успешно, британцам удалось вывести из строя и захватить несколько машин этого типа. Намного больше проблем доставили технические недостатки, поскольку М11/39 не проходили предварительных испытаний в пустыне. В сентябре, когда бронегруппа переформировала 1-4-й батальон го танкового полка, оказалось, что в полку из 31 танка осталось на ходу всего девятым Ещё хуже обстояли дела со связью. Ликвидация радиостанций на серийных танках привела к потере взаимодействий между командирами танковых групп не только соседних подразделений, но и отдельных машин. В танковом сражении у Нибейвы (Nibeiwa) 2-й танковой батальон, оснащенный танками М11/39, потерпел полный разгром, потеряв машины своих 22. Здесь наиболее резко выявилась слабость вооружения и бронирования итальянских танков, что ещё больше усугублялось установка 37-мм пушки в бортовом спонсоне. Из-за проблем технического характера часть М11/39 использовалось в качестве неподвижных огневых точек.На вооружении танк находился до сентября года 1943 года.С появлением в 1937 году "танка прорыва" M11/39, который стал без преувеличения революционной боевой машиной в итальянском танкостроении, проблем у армии убавилось не намного. Новый танк, который относился к среднему классу, по требованию заказчика в лице Commando Supremo, получил совершено нерациональное размещение вооружения, которое не позволяло в полной мере использовать возможности и без того не очень мощного орудия 37-мм. Кроме того, единственный артиллерист с трудом справлялся с обязанностями наводчика и заряжающего. Всё это потребовало не только установки более мощного орудия во вращающееся башне, но и увеличения экипажа до 4-х человек. Сделать это без переработки корпуса было невозможно. Работы над модернизацией M11/39 развернулись уже в декабре году 1937. Фирмой Ansaldo был подготовлен проект танка с использованием старой ходовой части, но с обновленным корпусом и новым составом вооружения. 
По материалам: www.aviarmor.net

Горькая правда войны...

"Если бы немцы заполнили наши штабы шпионами, а войска диверсантами, если бы было массовое предательство и враги разработали бы детальный план развала нашей армии, они не достигли бы того эффекта, который был результатом идиотизма, тупости, безответственности начальства и беспомощной покорности солдат. Я видел это в Погостье, а это, как оказалось, было везде"
"На войне особенно отчетливо проявилась подлость большевистского строя. Как в мирное время проводились аресты и казни самых работящих, честных, интеллигентных, активных и разумных людей, так и на фронте происходило то же самое, но в еще более открытой, омерзительной форме. Приведу пример. Из высших сфер поступает приказ: взять высоту. Полк штурмует ее неделю за неделей, теряя множество людей в день. Пополнения идут беспрерывно, в людях дефицита нет. Но среди них опухшие дистрофики из Ленинграда, которым только что врачи приписали постельный режим и усиленное питание на три недели. Среди них младенцы 1926 года рождения, то есть четырнадцатилетние, не подлежащие призыву в армию… «Вперрред!!!», и все. Наконец какой-то солдат или лейтенант, командир взвода, или капитан, командир роты (что реже), видя это вопиющее безобразие, восклицает: «Нельзя же гробить людей!
Там же, на высоте, бетонный дот! А у нас лишь 76-миллиметровая пушчонка! Она его не пробьет!»… Сразу же подключается политрук, СМЕРШ и трибунал.  Один из стукачей, которых полно в каждом подразделении, свидетельствует: «Да, в присутствии солдат усомнился в нашей победе». Тотчас же заполняют уже готовый бланк, куда надо только вписать фамилию, и готово: «Расстрелять перед строем!» или «Отправить в штрафную роту!», что то же самое. Так гибли самые честные, чувствовавшие свою ответственность перед обществом, люди. А остальные — «Вперрред, в атаку!» «Нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики!»

"Штабеля трупов у железной дороги выглядели пока как заснеженные холмы, и были видны лишь тела, лежащие сверху. Позже, весной, когда снег стаял, открылось все, что было внизу. У самой земли лежали убитые в летнем обмундировании — в гимнастерках и ботинках. Это были жертвы осенних боев 1941 года. На них рядами громоздились морские пехотинцы в бушлатах и широких черных брюках («клешах»). Выше — сибиряки в полушубках и валенках, шедшие в атаку в январе-феврале сорок второго. Еще выше — политбойцы в ватниках и тряпичных шапках (такие шапки давали в блокадном Ленинграде). На них — тела в шинелях, маскхалатах, с касками на головах и без них. Здесь смешались трупы солдат многих дивизий, атаковавших железнодорожное полотно в первые месяцы 1942 года. Страшная диаграмма наших «успехов»!"
Автор этих строк-  В ноябре 1941  года добровольцем ушел на фронт и оказался под Волховстроем, в 883-м корпусном артиллерийском полку, позднее переименованном в 13-й гвардейский. В его составе участвовал в наступлении от Волховстроя, в боях под Киришами, под Погостьем, в Погостьинском мешке (Смердыня), в прорыве и снятии блокады Ленинграда. Летом 1943 года в составе первого батальона 1067-го полка 311-й стрелковой дивизии принимал участие в Мгинской операции. Окончил снайперские курсы, был командиром отделения автоматчиков, а затем наводчиком 45-миллиметровых пушек.
С сентября 1943 года воевал в 48-й гвардейской артиллерийской бригаде. Участвовал в боях за станцию Медведь, города Псков, Тарту, Либаву. В начале 1945 года часть была переброшена под Варшаву, откуда двинулась на Данциг. Закончил войну в Берлине в звании сержанта. Был четырежды ранен, контужен. За проявленное на войне мужество награжден орденами Отечественной войны I степени, Красной Звезды, двумя медалями "За отвагу", медалями "За оборону Ленинграда", "За освобождение Варшавы", "За взятие Берлина", другими наградами.В 1970-е годы записал все то, что увидел и пережил на военных дорогах. Эти его дневниковые записи стали основой книги "Воспоминания о войне"
Н.Никулин "Воспоминания о войне"